ПРОПОВЕДИ И ОБРАЩЕНИЯ
 
ПРОПОВЕДИ И ОБРАЩЕНИЯ
 
 
ВРЕМЯ НАМАЗОВ И ДАТЫ МУСУЛЬМАНСКИХ ПРАЗДНИКОВ
 
время намазов - Нижний Новгород

АКТУАЛЬНОЕ ИНТЕРВЬЮ

 

Интервью

 

СОВЕТ УЛЕМОВ ДУМНО

 

Проповедь

 
Обращение
 

НОВОСТИ И СОБЫТИЯ

 

Новости

Мусульмане Нижнего Новгорода приняли участие в межконфессиональном субботнике

 

 

 
 
   

Репортажи

 

АКТУАЛЬНО

 

Деятельность

 

 Аналитика

 

ИСЛАМ

 

Обряды и традиции


О смыслах хаджа (большого паломничества) и жертвоприношения
 

Соревнуйтесь друг с другом только в хороших делах! Проповедь
 

 


 
 
23-11-06 М.Хофман: Прежде всего, мусульманам необходимо объединиться ради достижения общих целей

д-р Мурад ХофманБольшая часть книг известного германского исламоведа д-ра Мурада Хофмана посвящена проблеме взаимодействия Ислама и западного мира. Мы уже знакомили наших читателей с некоторыми из его работ, а также публиковали эксклюзивные интервью с д-ром Хофманом. Мы продолжаем доброе сотрудничество с д-ром Хофманом и публикуем любезно предоставленную им для публикации в газете «Медина-аль-Ислам» беседу с директором Лондонского мусульманского центра Абдуллой Фаликом о месте Ислама в современном мире и о проблемах мусульман.

— Доктор Мурад, у Вас богатейший жизненный опыт и прекрасное образование. Оглядываясь назад, как Вам кажется, как изменился мир в плане стремления к сближению между Востоком и Западом?

— Когда я стал мусульманином 26 лет назад, Ислам воспринимался в Европе скорее как культурное явление, добавляющее в местный колорит оттенок экзотики — кус-кус и кебабы в забегаловках в центрах городов. Тогда никто не воспринимал Ислам как источник опасности. Да и многие из мусульман в те годы приезжали в Европу именно на заработки и планировали вернуться домой через какое-то время.

Картина резко изменилась после того, как миллионы приезжих мусульман все-таки решили остаться, а их дети стали требовать соблюдения их прав — прав на строительства мечетей, на введение классов с исламским компонентом в школах, на развитие халяльной инфраструктуры в городах, на то, чтобы быть похороненным по мусульманским канонам, наконец. Такой настрой мусульман и их уверенность в себе породили среди европейцев беспочвенные опасения мусульманского доминирования, вызывая к жизни давно забытые, но еще хранящиеся в коллективной памяти европейцев воспоминания о христианско-мусульманском противостоянии. Эти опасения обернулись самым настоящим ужасом и отвращением после того, как в ходе кровавого процесса деколонизации мусульмане были вынуждены воевать с французами в Алжире, с пакистанцами в Кашмире, с русскими в Чечне и, естественно, с сионистскими оккупантами в Палестине. В результате в глазах европейцев Ислам стал непременно ассоциироваться с насилием. Позже по положительному образу Ислама были нанесены еще удары — когда ряд мусульман стал прибегать к террористическим методам достижения своих целей. Таким образом, безотносительно причин трагедии 11 сентября в США, западное восприятие Ислама оказалось совершенно искаженным. В таких условиях разумный диалог практически невозможен. Напротив, сейчас гораздо больше людей, чем раньше уверены в правоте Сэмюэля Хантингтона, утверждавшего, что будущее исламского Востока и светского Запада будет неизменно конфронтационным.

— Можно ли каким-то образом улучшить сложившуюся ситуацию?

— Что-то изменить в этой ситуации к лучшему может только время. При нынешнем раскладе всякий вооруженный конфликт при участии мусульман отбрасывает нас назад, обнуляет счетчик положительного, миролюбивого образа Ислама. По натуре я не пессимист, но как человек, здраво оценивающий ситуацию, я склонен все-таки к пессимистичным прогнозам развития европейско-мусульманских и американо-мусульманских отношений.

— А кем Вы ощущаете себя — европейским мусульманином или мусульманином в Европе?

— Для мусульманина его вера стоит превыше всего, поэтому и возможно единение мусульман самых разных национальностей и культур в Мекке во время совершения хаджа. Но правда и то, что культура, включающая в том числе и язык (окно в мир, как расценивал его Людвиг Витгенштейн) накладывают свой отпечаток. Именно поэтому мы легко отличаем — не только по каким-то этническим признакам — мусульманина-индонезийца от мусульманина-индийца, или боснийца. С точки зрения Ислама это разнообразие — настоящее сокровище. И параллельное существование разных мазхабов также доказывает это. Все это дает мне основания считать себя «европейским мусульманином», а также полагать, что со временем появится еще один мазхаб — американо-европейский.

— Давайте определимся с основными понятиями. Какое определение Вы бы дали «диалогу культур». Или даже самому понятию «цивилизация», особенно когда его противопоставляют понятию «культура».

— Под цивилизацией я понимаю весь технический аппарат какого-то народа с его экономической, технологической, научной и материальной составляющими. В свою очередь культура, на мой взгляд, это вся общность верований и ритуалов (религия), философских установок, повседневных традиций, включая кухню, и эстетических устремлений народа. Таким образом, даже у самых «примитивных» племен есть культура, несмотря на технологическую отсталость.

Конечно, ни культуры, не цивилизации не могут осуществлять диалог, он возможен только между людьми.

— Тогда что же имеется в виду, когда речь идет о диалоге цивилизаций?

— Цивилизации и культуры вступают в диалог, когда взаимодействуют друг с друга тем или иным образом — как это было в мусульманской Андалузии, в ходе крестовых походов, татаро-монгольского нашествия, колонизации. Сегодня именно такое взаимодействие мы называем процессом глобализации. Как и всякое другое взаимодействие, глобализация — это не односторонний процесс. Убедиться в этом можно, посмотрев на то, как активно мусульманский сегмент представлен в Интернете.

— Как Вы считаете, каковы условия диалога, и что может препятствовать ему?

— Диалог предполагает обмен между равными и совсем не обязательно должен выполнять некие миссионерские функции. Гете прекрасно выразил эту мысль в своих «Максимах и размышлениях» под № 121: «Терпимость должна быть только промежуточным отношением, которое должно вести к приятию. Относится к кому так, будто ты вынужден с ним мириться, равносильно оскорблению». И действительно, невозможно построить диалог там, где в отношениях присутствует иерархия.

— Скажите, а насколько уместно сегодня вести речь о мультикультурализме? Складывается впечатление, что сегодня вопрос приятия другой культуры касается исключительно представителей национальных меньшинств, от которых требуется соблюдение правил интеграции.

— Мы живем в глобализирующемся мире, и поэтому все мы — хотим мы того или нет — являемся носителями разных культур в той или иной степени. Мы не всегда задумываемся над тем, что продукты на нашем столе — со всего мира, музыка, которую мы слышим на нашем городском радио — тоже. Путешествуя по другим странам, мы впитываем манеры иностранцев. Если задуматься, то мультикультурализм — это то, что нас окружает. Но проблема здесь в том, что в таких условиях люди попросту начинают бояться потерять свою культурную идентичность и спутать многокультурность с моральным и когнитивным релятивизмом. Ситуация усугубилась после того, как был выработан концепт «лидирующей культуры» (нем. Leitkultur), который повсеместно интерпретируется таким образом, что якобы местная культура по отношению ко всем остальным, привнесенным извне, занимает доминирующее положение, и что это якобы не подлежит оспариванию.

— А как быть с конституционной свободой слова — как стоит ее понимать в условиях современного политического климата в Великобритании и Европе?

— Свобода слова — основополагающая ценность в западной правовой традиции, равно как и в Шариате. То есть получается, что, начиная с эпохи Просвещения, с начала становления правовой системы в Европе и Северной Америке, определение прав человека на Западе и Западом, свобода слова утратила свою изначальную священность.

До недавнего времени также считалось, что свобода слова, как любое другое право и привилегия небезгранична. Так, в уголовном кодексе Германии до сих пор есть статься, предусматривающая наказание за богохульство. К сожалению, христианский мир сегодня не готов защищать свои собственные ценности от богохульства. Конечно, если человек утратил веру в Бога и Пророков, «богохульство» для него пустой звук.

— Какие уроки были усвоены из скандала вокруг карикатур на Пророка Мухаммада. Скоро исполнится год с момента их публикации, но в памяти людей эти события еще очень свежи.

— Карикатурный скандал продемонстрировал, насколько ужасающе далеко западный мир ушел от религиозных ценностей. И этот урок нам следовало бы усвоить раньше.

— Давайте обратимся к более практическим вещам. Как Вы считаете, что послужило причиной того, что традиционные модели межцивилизационного диалога, которые сложились за последнее десятилетие, потерпели крах: из-за того, что они учитывали только то, что культуры и религии имеют общего, а не на их различиях?

— На мой взгляд, диалога не получилось по двум причинам. Во-первых, он, действительно, зачастую носил характер приятной и непринужденной беседы не по существу. Во-вторых, диалог между христианами и мусульманами слишком часто застопоривался из-за непримиримых взглядов на догматику, теологические вопросы — например, о божественном происхождении Исы (Иисуса), о том, принял ли он смерть на кресте или нет, о триединстве Бога и т.д. Такой диалог не ведет никуда. Мы и без того прекрасно знаем, что наши религиозные представления не совпадают по многим вопросам.

Нам, партнерам по диалогу, следовало бы сконцентрироваться на общих социальных проблемах, например, Как партнерам по диалогу нам скорее следовало бы сконцентрироваться на общих социальных проблемах – на том, например, как нам духовно воспитывать наших детей в абсолютно материальном мире, лишенном ценностей и пронизанном полными порнографии масс-медиа, как совместно защищать права религиозных меньшинств.

Какой прогноз Вы могли бы дать касательно диалога цивилизаций — он состоится, или будущее все-таки за столкновением цивилизаций?

— Я считаю, что Сэмюэль Хантингтон все-таки заблуждался, утверждая, что единственно возможное взаимодействие цивилизаций — это столкновение. Если где-то и происходит столкновение, то это между Соединенными Штатами и отдельными людьми. И столь плачевным положением дел на Ближнем востоке мы обязаны тому, что, во-первых, США безоговорочно всем своим влиянием, вооружением и денежными активами оказывают поддержку Израилю, а во-вторых, свое дело делают еврейское лобби и мощное и достаточно агрессивное евангелистическое и нео-консервативное христианское право в США. Боюсь, что ситуация не изменится даже после смены нынешней администрации в США. То, что демократ Либерман не получил место в Сенате на очередной срок, еще не дает оснований ожидать чудесных и внезапных перемен во внутренней политике Штатов.

Давайте обратимся к диалогу между Исламом и другими вероисповеданиями. На Западе существует тенденция ставить под вопрос целесообразность налаживания диалога с Исламом, поскольку там Шариат представляется несовместимым с западными идеалами и ценностями. Как Вы считаете, так ли это?

 — Из того, как Вы поставили вопрос, очевидно, что Вы считаете, что Шариат — это то же самое, что уголовный кодекс. Очевидно, что западным людям необходимо дать более полное представление о том, что же такое Шариат, донести, что это всеобъемлющий свод правил, координирующий все сферы жизни. Если бы нам удалось добиться признания фикха — одной из великих правовых систем в мире — наряду с Римским правом, англо-американским и романо-германским (континентальным) законом, это уже было бы большим достижением.

Вы действительно считаете, что крестовые походы повлияли на то, как американцы воспринимают Ислам сегодня? Неужели на восприятие американцев могли повлиять события такой давности?

 — Крестовые походы едва ли оставили сколько-нибудь значимый след в коллективной памяти с какой-либо из сторон. По сравнению со всеми предыдущими историческими событиями исламский мир куда больше потрясла колонизация, а западный — Усама бен Ладен. Тем более, что историческая память американцев достаточна коротка и весьма ограниченна.

У христиан существует движение экуменизма. Как его стоит расценивать с точки зрения Ислама?

— Моя личная точка зрения касательно экуменизма совпадает с позицией католичества на это счет: стремление объединить многих на основании самого низкого общего знаменателя под названием «Мир» чревато только одним — риском потерять свою идентичность. Стоит ли нам стирать те границы, которые отделяют мусульман от пакистанских кадианитов, турецких алевитов, ливанских друзов или иранских бахаев? В финале «Оды к радости» Фридриха Шиллера, вошедшей в 9-ю симфонию Бетховена, хор поет буквально следующее: «Обнимитесь, миллионы!» это так же наивно, как и конференции Всемирного экуменистического конгресса, на которых интеллектуалы и эзотерические лидеры убеждают друг друга в благонамеренности своих помыслов. На деле смысла у этого не больше, чем у международного макроэтического теологического проекта «Мировой этос» Ханса Кюнга.

— В Великобритании и Европе в целом складывается впечатление, что христиане гораздо больше вовлечены в исламско-христианский диалог, чем сами мусульмане. Как Вы думаете, с чем это связано? Христиане действительно более расположены к этому диалогу, чем мусульмане?

— Картина уже изменилась, и в особенности в Германии, где лидеры протестантской церкви относятся к налаживанию этого диалога с большой долей скепсиса. Мусульмане же безмолвствуют, поскольку и без того их уже повсеместно воспринимают как постоянно взывающих о подаянии людей, которым самим нечего предложить, но у которых большие запросы. Такое отношение могло бы уступить место совсем противоположному, если бы мусульмане осознавали, как много Ислам может сделать для того, чтобы спасти Запад от моральной деградации. Это добавило бы позитива в восприятие мусульман европейцами, и ситуация с налаживанием диалога качественно изменилась бы.

В последнее время мы много говорим о диалоге, но так ли важен вам реальный контакт между мусульманами и немусульманами, как он важен внутри мусульманского сообщества?

Пожалуй, то, что большая часть попыток объяснить Ислам иноверцам исходит от самих мусульман, неизбежно. Я читаю лекции по всему миру и понимаю, что моя аудитория в большинстве своем — это мусульмане. Немусульмане остаются в стороне. То же самое можно сказать и о мусульманских Интернет-сайтах, посетителями которых, за исключением официального сайта Центрального Совета мусульман Германии (www.islam.de), являются сами мусульмане.

Какую роль играют имамы и мусульманские лидеры в построении мостов между мусульманами и иноверцами? Могут ли они сделать больше, чем делают сейчас?

Потенциально роль имамов и общинных лидеров здесь огромна, и вопрос только в том, насколько они квалифицированы. Качественную, эффективную проповедь может прочитать только тот человек, который прекрасно знаком с местной культурой. Имам должен быть прекрасно осведомлен обо всех исторических «пунктиках» местного населения, а также о тех знаниях (и предрассудках), которыми забывают головы их детей в школах. Здесь можно еще добавить, что успех мусульманского лидера во многом зависит от степени владениям им местным языком.

 Иначе все миссионерские усилия будут напрасны. Приведу два примера. Распространять книги по Исламу из Индии — неудачная затея: никто не станет их читать просто по той причине, что они напечатаны скверным языком со множеством ошибок на плохой бумаге. И вот еще. Если я буду преподносить Коран как «слово Божье», я вызову только высокомерные улыбки со стороны тех, кого в школе научили тому, что Иммануил Кант доказал раз и навсегда, что нет рационального доказательства существования Бога. Другими словами, дагват должны вести специалисты по связям с общественностью и средствами массовой информации, а не имамы, привезенные из Кералы, Равалпинди или Кении.

Но такие имамы и духовные лидеры все-таки не исчезнут и они будут продолжать значимое влияние на паству…

Конечно, таких имамов будет приезжать все больше и больше. Но правительство может сделать так, что хороший уровень владения местным языком может стать обязательным условием их пребывания здесь. Более того, возможно, виза таким имамам не будет выдаваться до тех пор, пока они, еще находясь на родине, не предпримут попытку познакомиться с культурой и языком той страны, в которую они собираются отправиться.

 — Какие, на Ваш взгляд, самые важные задачи стоят сегодня перед европейскими мусульманами?

— Прежде всего, мусульманам необходимо объединиться ради достижения общих целей. Это предполагает, в частности, что они должны научиться общаться на одном языке, понятном всем. Кроме того, им следует придерживаться салафитского мазхаба, а не существовать разрозненно кто в мазхабе ханафи, кто шафии, кто малики. Создание Европейского мусульманского союза в Стамбуле можно расценивать как первый шаг в нужном направлении.

— Салафитский подход? Конкретизируйте, пожалуйста.

— Так называемый салафитский подход был выработан столетие назад Мухаммадом Абдо в Каире, и суть его заключается в возвращении к двум источникам исламской юриспруденции — Священному Корану и Сунне Пророка. Не путайте этот подход с ханбалистским течением Мухаммада ибн Абд ал-Ваххаба в современной Саудовской Аравии, которое носит тоже название.

— В XX веке жители Европы стали свидетелями и, собственно, участниками самой кровавой из всех войн последних времен. Они сумели преодолеть этот антагонизм, результатом чего стало создание Европейского Союза. Как Вам кажется, что сейчас мешает европейцам преодолеть исторически сложившуюся предвзятость в отношении мусульман?

— Коммунизм поразительно быстро и бесповоротно ушел из памяти европейцев. Впрочем, идеи марксизма/ сталинизма/ большевизма не витали в Европе и одного столетия. И по большому счету коммунизм — это европейский продукт и плод заблуждения, неправильно понятые идеи Гегеля, Руссо и Прюдома.

Но если мы посмотрим на историю противостояния Европы и Ислама, то она насчитывает уже 14 столетий. Их очень трудно сбросить со счетов. И поэтому для того, чтобы избавить европейцев от их исторически возникших антиисламских «пунктиков», со всей нацией нужно провести психоаналитический сеанс. Других способов преодолеть ту предвзятость, о которой Вы говорите, лично я не вижу.

— Лидер Хизбаллах шейх Хасан Насруллах заявил об «историческом и стратегическом триумфе» Ливанского освободительного движения против Израиля. Каковы Ваши прогнозы на развитие политической ситуации на Ближнем Востоке на ближайшие 3–5 лет?

— Весь мир только сейчас постепенно начал осознавать, что Хизбаллах действительно одержала военную и политическую победу над Израилем, который четырежды за время конфликта вынужден был пересматривать свои военные цели. Это послужит новым толчком для мусульманского сопротивления в том регионе, поднимет статус Ливана, послужит укреплению еврейских и анти-сионистских сил как в самом Израиле, так и за его пределами, защитит Иран от нападений со стороны США.

— В заключение нашей беседы еще один вопрос о мировой политике. Как Вы относитесь к тому, что на мировой арене после более чем 200-летнего отсутствия вновь появились Индия и Китай, причем в качестве мощных экономических сил, нарушающих европейско-американскую гегемонию в мировой политике?

— Индии еще предстоит решить проблемы с бедностью и разрешить пакистанский конфликт. А вот у Китая есть все шансы стать второй мировой державой — и предпосылками тому будут не только количество населения, но и прилежание и сплоченность этой нации. Это положит конец неестественной по природе эре одной-единственной сверхдержавы. Возможные последствия таких перемен настолько ошеломляющи, что стоит пока воздержаться от размышлений о них.

Беседовал Абдулла Фалик.
Опубликовано в журнале «Arches», вып. 3, август-сентябрь 2006.
Материал любезно предоставлен для публикации в газете «Медина аль-Ислам» д-ром Мурадом Хофманом
Перевод Наили Тарджимановой


Читайте также на нашем сайте:

Для справки: Мурад Хофман — германский дипломат, служивший во время своей карьеры (1961–1994) в аппарате НАТО, ОБСЕ и др. Среди его постов — посол в Алжире (1987–1990) и Марокко (1990–1994).

 


 Напечатать текущую страницу Напечатать текущую страницу

 Отправить статью другу Отправить статью другу

Клуб Шатлык

Информационные партнеры

IslamRF
islamsng.com ИД Медина
Нижгар Нижгар

Погода в Н.Новгороде

GISMETEO.RU: погода в г. Нижний Новгород

Статистика





(c) При копировании материалов сайта ссылка (гиперссылка) на http://www.islamnn.ru обязательна.