Круглые столы и дискуссии по вопросам языкознания, философии и религиоведения, истории, архитектуры и искусствоведения, политологии и регионалистики проводятся с целью развития научного диалога и налаживания связей между зарубежными и российскими иранистами.

        Предлагаем вашему вниманию текст выступления Умар-хазрата Идрисова.

        «Уважаемые члены президиума, уважаемый посол, уважаемые гости, дамы и господа! Позвольте мне, прежде всего, поблагодарить организаторов конференции за любезное приглашение принять участие в ее работе. Несмотря на то, что в целом религиозные деятели не всегда в почете у представителей академической науки (так уж исторически сложилось), нам искренне хотелось бы переломить эту тенденцию. С нашей точки зрения, исламская цивилизация изначально развивалась в несколько ином русле, не только не отвергая науку, но и, напротив, апеллируя к ней и порождая ученых – великих астрономов, математиков, физиков, географов – из своей среды богословов. Мечтаю о том, что когда-нибудь это сотработничество науки и религии возродится.

        Мне особенно приятно осознавать, что данная конференция проводится в стенах РГГУ, славящегося своим демократизмом, высоким профессионализмом и способностью отвечать на вызовы современности. В начале февраля на конференции по религиозному многообразию в России, проводившейся вашим университетом, прозвучала интересная мысль о том, что российский социум в вопросах вероучения производит «жутковатое впечатление» Ближнего Востока, а не европейской страны – в плане ксенофобии. Но позвольте мне все же заступиться за Ближний Восток. Хоть и очень редко, мы можем вычитать в прессе или наблюдать по телевидению кадры о достаточно толерантных взаимоотношениях между мусульманами и христианами в Сирии, в современном Ливане, Палестине и особенно в исламском Иране. Очень хотелось, чтобы в ходе сегодняшнего мероприятия прозвучали не избитые штампы о тоталитарности иранского режима, а совсем наоборот, некие неординарные взгляды на происходящее в этой стране и вокруг нее.

        Прежде всего, мне кажется ошибочной некая запрограммированность большинства советских и постсоветских иранистов в вопросе о причинах принятия персами Ислама. Основным аргументом в этом вопросе является якобы военная сила мусульман, заставившая покориться народ Персии и принять новую веру – Ислам. Думаю, здесь необходим более расширенный взгляд на происходившие события, с участием, возможно, даже психоаналитиков, которые смогли бы нам показать каков был психологический, ментальный фон народа Ирана, принадлежащего к древней, самодостаточной цивилизации, который имел полное право относиться к арабам, скажем так, свысока, который практически не имел отношений к семитским представлениям, обычаям и традициям… Возможно ли было в таких условиях только путем грубой военной силы «насаждать Ислам среди персов огнем и мечом», как нас учили в школах и институтах? Почему греки при Александре Великом не смогли «огнем и мечом» насадить древнегреческую религию? Почему монголы, гораздо более жестокие, но при этом признающие в своем полурелигиозном законе «Ясы» все вероучения, не насадили свой культ среди покоренных народов, а арабы, не имевшие даже зачатков государственности, смогли? Не было ли здесь каких-то иных причин, чрезвычайно далеких от грубой физической силы, но связанных с сакральным характером происходящего? Думаю, нам требуется новый взгляд на эту проблему, в том числе через исследование зороастрийских священных книг, и не только Авесты, но и таких, как «Дасатир» – не было ли в них неких пророчеств, предвещавших приход Пророка Мухаммада, мир Ему, и призывавших благочестивых персов последовать за ним?

        Указанная проблема, конечно, изучается в Иране, но, к сожалению, не находит интереса в России. Вместе с тем этот вопрос явно перекликается с другим, по которому мы также не находим достаточно полного и доступного исследования наших уважаемых востоковедов: как в исламском Иране относятся к вероучению зороастризма? Известно, что средневековые мусульманские богословы предполагали два совершенно противоположных подхода к этому важному и деликатному вопросу: от полного отрицания их религии как языческой, до полного признания зороастрийцев в качестве «людей Писания» – к последнему, в частности, призывал великий богослов Ислама Абу Ханифа, толерантных взглядов которого придерживается большинство российских мусульман.

        Вопрос о зороастрийцах приводит нас к еще одной малоосвещенной теме – я бы даже сказал, замалчиваемой, к сожалению, в средствах массовой информации. Данный вопрос, будучи специфически связанным с богословием и толерантностью Ислама, имеет уже в некоторой степени и политическое звучание – я имею в виду права и обязанности религиозных меньшинств в рамках нынешнего политического устройства Ирана. Известно, что религиозные меньшинства имеют право на представительство в парламенте Ирана, причем депутаты от них приносят присягу в соответствии со своим вероучением; что они имеют право на полную автономию в религиозных и общинных вопросах; что они, в целом, достаточно лояльно относятся к государственному строю Исламской республики. На сегодня, когда в России, действительно, сгущаются тучи ксенофобии, нам крайне необходимы исследования, которые показали бы сходство и различие в положении религиозных меньшинств в Иране и России, их теоретические и фактические возможности, а также обрисовали бы возможную востребованность иранского опыта в этом вопросе для России или российского – для Ирана. Пока что, увы, таких исследований для массового читателя мы не видели, либо мне о них просто неизвестно.

        Духовное управление мусульман Нижегородской области не только на словах, но и на практике пытается вести межкультурный, внутрикультурный и межконфессиональный диалог. Мы выступили с инициативой проведения 1427-го года по мусульманскому календарю под знаком межкультурного и межконфессионального диалога с целью распространения культуры добрососедства и сотрудничества на Нижегородчине и в России в целом. В первые дни нового года совместно с Нижегородским государственным университетом им. Н. И. Лобачевского и Ливанским университетом (Бейрут) мы издали сборник статей «Диалог цивилизаций: базовые концепты, идее, технологии», и хрестоматию «Россия, Азия моя». Обе книги – шестисотстраничные издания – посвящены диалогу между православной и мусульманской цивилизациями, между мусульманской и другими мировыми культурами. В Нижнем Новгороде уже состоялась презентация этих книг, в ближайшее время они будут представлены общественности в Москве. Другие многочисленные наши издания и проводящиеся мероприятия также нацелены на укрепление мира и соработничества между народами и конфессиями, на борьбу с ксенофобией.

        Я рискую вызвать неудовольствие зала своим продолжительным выступлением, но в заключение все же хотелось бы поднять вопрос об еще одной малоизученной у нас теме. И, возможно, совсем не изученной у нас в России. Все мы слышали некоторые радикальные призывы нынешних политических лидеров Ирана, и всякий раз аналитики склонны приписывать то или иное выступление к конкретному поводу – будь то сотрудничество с МАГАТЭ, карикатурная война, вопрос об Израиле и т.д. Однако это и правильно, и в то же время неправильно. Дело в том, что оценку такой идеологии в целом, причем оценку объективную, лишенную эмоций, пока еще никто не дал. И это очень сложно сделать, не прибегая к каким-то сакральным, надполитическим и наднациональным сюжетам; я хочу сказать, что при этом подходе надо исследовать религиозные убеждения мусульман-иранцев о скором приходе имама Махди. Не в этой ли убежденности лежит такая радикализация взглядов всего народа Ирана, в т.ч. и руководства страны?

        Возвращаясь к началу своего выступления, хотел бы еще раз напомнить присутствующим о том, что религия и наука не должны выступать оппонентами друг друга, тем более, когда речь идет о гуманитарных дисциплинах. Надеюсь, что Российский Государственный Гуманитарный Университет разделяет мои убеждения, в противном случае вряд ли я бы выступал с этой трибуны в присутствии столь большого числа ученых.