Среди тем, интересующих население, проблема экстремизма и нападений на представителей мусульманского духовенства, адаптация мигрантов, перспективы создания единого духовного управления мусульман Российской Федерации, вопросы квоты на совершение хаджа для граждан РФ и другие. Пресс-служба публикует наиболее интересные и общественнозначимые вопросы и ответы на них:

Вопрос: Могут ли российские мусульмане подействовать на тех, кто приезжает из Средней Азии, чтобы они соблюдали нормы российского общества? (Семен Шарипович)

Ответ: На сегодня проблема адаптации мигрантов из стран Центральной Азии стоит для российского общества очень остро. Необходимо понимать, что соблюдение норм российского общества (в отличие от законодательства) для любых мигрантов вещь добровольная. Если человек сам настроен на то, чтобы интегрироваться и жить в мире с другими членами общества, он сам будет искать способы эффективной интеграции, если же он не настроен на мирный диалог, его невозможно заставить. В этой связи, если мигрант приходит в мечеть, если он настроен соблюдать свои традиции, если он понимает, куда и зачем он приехал, то имам может ему спокойно и доходчиво объяснить, что лучше всего выучить русский язык, чтобы иметь возможность нормально общаться хотя бы с правоохранительными органами и собственным работодателем. Более того в пятничных проповедях мы неустанно говорим о необходимости уважения к традициям российского общества, потому что это и наши традиции, традиции татар, башкир, чеченцев, других мусульман, для которых Россия – родной дом.

 Если же говорить о государственных механизмах, то, безусловно, необходимо создавать сеть центров адаптации мигрантов. В моем родном Нижнем Новгороде такой центр есть, в Москве я думаю таких центров должно быть несколько. Со своей стороны мусульманские организации готовы оказать любую возможную помощь в работе с мигрантами.

В.: Уважаемый Дамир Ваисович, мне как человеку исповедующему ислам весьма интересно, почему наши религиозные деятели и ученные, которые стремятся к исламу, включающегося в себя мир и богобоязненность, находятся словно на «плахе»? Почему идет столь жестокая расправа со священнослужителями в Дагестане. Ведь это не апофеоз, а реальная беда. Неужели нет методов пресечения экстремизма? Нам не нужно справедливого (а порой полностью инфантильного) расследования и наказания преступников слугами аппаратов МВД, ФСБ и т.д. Мы хотим избавления от этих казусных происшествий и жестоких расправ. Насколько реально пресечение экстремизма (или это абсолютная фантасмагория) и если да, то в какие сроки? Заранее спасибо за ответ. Выражаю свое личное восхищение за вклад и активную позицию в исламе. (Альбеков Самир Ринатович)

О.: Вопрос, который Вы задаете Самир Ринатович, очень сложен и на него нет простого ответа. С одной стороны экстремизм понятен и исследован, он опирается на неправильную интерпретацию Священного Корана и Сунны Пророка, а зачастую, просто на ложь, которую выдают за цитаты из Священных книг. С другой стороны этой лжи верят многие молодые мусульмане, и верят не от хорошей жизни. Они видят в этих интерпретациях шанс для себя в современной жизни, видят в этих книгах борьбу за справедливость, борьбу за свое место в этой жизни.

 Я убежден, что реальная борьба с экстремизмом это не совсем то, что сегодня принято под этим понимать. Мы привыкли, что борьбой с экстремизмом занимаются исключительно правоохранительные органы и государство. Но надо понимать, что контртеррористические операции, запреты экстремистской литературы, заключение под стражу членов экстремистских организаций – это защита государством, прежде всего, самого себя от политической стороны экстремизма. Это не означает, что государство делает плохо, оно борется с экстремизмом так, как оно его понимает и как оно это может. По сути это борьба с политическим использованием экстремизма, который в своих целях используют отдельные организации и страны.

 При этом мы забываем, что проблема экстремизма, на сегодняшний день это проблема развития российской уммы, ее недостаточного уровня религиозного просвещения, слабого знания Священных текстов, в том числе имамами. Да, мы видим, что социально-экономическое состояние некоторых регионов серьезно воздействует на распространение экстремистской идеологии, но это лишь катализатор. Реальная проблема сегодня в слабом уровне исламского просвещения среди самих мусульман. Она сегодня находится в одном клубке с другими проблемами: мусульманским образованием в России, разрывом поколений, экономической неустроенностью института духовного управления мусульман и другими. И решать все эти проблемы нужно вместе и системно.

 Если же говорить конкретно о ситуации в Дагестане, то здесь, как я уже говорил, идет политическая борьба между различными, в том числе международными участниками, в которой больше всех страдают мусульмане. Убийства имамов и мусульманских лидеров, как бы страшно это не звучало, являются средством политической борьбы деструктивных сил с целью разрушить мир в этом регионе. Самое обидное, что используется это средство руками самих мусульман по собственному неведению.

IslamNN